— Андрей Алексеевич, от нашего издания поздравляем вас с выходом книги. Скажите, почему вы решили обратиться к теме Битвы за Москву, ведь по ней вышло немало материалов?

— В этом году мы будем отмечать 85‑летие Битвы под Москвой, которая являлась решающим сражением Второй мировой вой­ны, а не Великой Отечественной вой­ны. Так считают многие российские и зарубежные историки. В ноябре-­декабре 1941 года решалось, на чью чашу весов ляжет преимущество в ходе Второй мировой вой­ны. Нам доподлинно известно, что за боевой обстановкой в Подмосковье внимательно следил ряд стран. Это Япония, которая была готова в любой момент напасть на Дальний Восток и Сибирь, Турция, ожидающая момента для вторжения в Закавказье, страны Латинской Америки, Африканского континента, Азии. Все они решали, чью сторону принять: антигитлеровской коалиции или Союза стран «оси». Но, как мы знаем, героический подвиг советских вой­ск под Москвой изменил ход истории.

К сожалению, мы мыслим стереотипно, счи­тая, что против нас воевала фашистская Герма­ния. Это не так. Против нас в Великой Отечественной вой­не 1941–1945 годов воевали Финляндия, Румыния, Италия, Словакия, Венгрия, Болгария, Чехия,  нам противостояли хорваты, добровольческие соединения Польши, Испании, Норвегии, бандеровцы и «лесные братья» Прибалтики. Надо вспомнить, что последними сопротивлялись в Рейхстаге в победном мае 1945 года не только немцы, но и французы. Гитлеру удалось создать единую Европу. Если у нас в стране висел плакат «Родина-мать зовет», то в европейских странах повсеместно были развешаны листовки с агитацией, призывающие объединенную Европу воевать под фашистским флагом с «дикими русскими ордами большевиков».

— Прямо сразу же предстал перед глазами сегодняшний флаг Евросоюза.

— Да, сегодняшние события во многом перекликаются с прошлыми. Если мы углубимся в историю, то у нас было четыре европейских союза. Первый — при Карле Великом в Средние века. Второй — «Единая Европа» Наполеона Бонапарта, вторгшегося в Россию в 1812 году. Мы знаем, на Бородинском поле французы были не в большинстве. Здесь сложили головы итальянцы, немцы, поляки, швейцарцы, голландцы, даже португальцы и многие другие. Третья европейская коалиция была создана Адольфом Гитлером. И вот мы с вами видим четвертый — современный Европейский союз, где активно взялись переписывать историю. Сохранение исторической правды стало еще одной причиной для написания книги «Южные рубежи Подмосковья».

— Мы с вами общаемся в преддверии празднования Дня Победы. Да, вроде бы радостное событие, которое мы ждем с огромным трепетом. Однако, когда понимаешь, что наши ребята гибнут в зоне проведения СВО от рук фашистов, становится больно. Что же получается, мы тогда, 81 год назад, не победили фашизм?

— Надо вспомнить слова Георгия Констан­тиновича Жукова, который сказал, что европейцы нам никогда не простят, что мы их освободили от фашизма. Почему? А все потому, что они все вместе воевали против нас, в частности на нашей подмосковной земле.

— Воевали и потерпели сокрушительное поражение.

— Совершенно верно. И если мы — наследники победителей, то в странах Европы — наследники фашистов и их сателлитов. Давайте посмотрим, кто сегодня руководит Европейским союзом, национальными правительствами. Это, зачастую, потомки тех, кто уничтожал людей в концлагерях, кто планировал и осуществлял геноцид восточных славян. Поэтому мы и видим сегодня многие признаки неприкрытого неофашизма, к которому, к слову, примкнули поляки. А ведь, казалось, они пострадали в годы Второй мировой вой­ны от нацизма: в планах немецких фашистов они рассматривались в качестве дешевой рабочей силы с последующим истреблением. Сейчас же Польша уничтожает память о великом подвиге нашего народа. Поляки массово ликвидируют мемориалы 600 тысячам советских воинов, которые своими жизнями обеспечили их существование как народа.

— Почему неофашизм расцвел на Украине?

— То, что произошло на Украине — трагедия русского народа.Подчеркиваю, именно русского, потому что русские и украинцы — один народ. Это мое твердое убеждение как историка. Если же оно спорно, то есть классическое академическое издание Брокгауза и Ефрона. В их энциклопедическом словаре четко сказано, что есть русский народ, который состоит из великороссов, малороссов и белоросов. И разница между ними намного меньше, чем между баварцем и бранденбуржцем, ганноверцем и саксонцем в Германии, и баском и испанцем в Испании. Я даже не буду цитировать Н. В. Гоголя, у которого запорожцы умирали за русскую землю, за русское товарищество и русскую веру Православную.

справка

«Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона» — универсальная энциклопедия на русском языке, изданная в Российской империи акционерным издательским обществом «Ф. А. Брокгауз — И. А. Ефрон» (Петербург) в 1890–1907 годах. Издание выходило в двух вариантах: 41 том и 2 дополнительных (меньшая часть тиража) и в полутомах — 82 тома и 4 дополнительных.

С чего началась трагедия в Малороссии? С того, что начали переписывать историю Великой Отечественной вой­ны. Сначала тихой сапой бандеровцев приравняли к солдатам Красной армии, потом начали сносить памятники освободителям Украины. Разрушили мемориал командующему 1‑м Украинским фронтом Николаю Фёдоровичу Ватутину, гениальному полководцу, который принял активное участие в освобождении Киева и Правобережной Украины. Белое сделали черным, черное — белым. А ­мы-то помним, что до 1950‑х годов пособники нацистов стреляли в спину нашим солдатам; мы помним, что Хатынь и другие села не только в Белоруссии, но и на Украине, в России сжигали зондеркоманды, состоящие из бандеровцев; мы помним и о Бабьем Яре, где было уничтожено еврейское население Киева и области, — кровь невинных жертв не только на руках немцев, но и их пособников.

— Но и в нашей стране тоже были предприняты неоднократные попытки переписать историю героического подвига в годы Великой Отечественной вой­ны, да и сегодня на просторах сети Интернет мы можем найти ту или иную информацию, которая переворачивает все с ног на голову.

— Да, надо честно сказать, что в 1990‑е годы либеральная элита пыталась организовать процесс уничтожения исторической памяти. Мы стали забывать, что такое День Победы, у нас все меньше людей приходили на праздничные мероприятия. В средствах массовой информации появились рассуждения о том, что Ленинграду нужно было сдаться. К этим процессам подключились различные либеральные фонды, того же Сороса.

Стали уходить из жизни ветераны Великой Отечественной вой­ны, и уже некому было рассказать то, что происходило на самом деле. Этим и воспользовался Запад: историческая память стала постепенно стираться, а затем историю просто стали переписывать. И поэтому, чтобы не преобладала идеология ревизионизма итогов Второй мировой войны, нужны такие книги, где опубликована историческая правда.

— Но, Андрей Алексеевич, сегодня не все читают. Молодежь и вовсе не берет в руки книги. Может, пора давать информацию об истории через другие каналы информирования? Может, пора применять ­какие-то современные формы?

— Яна, согласен полностью. Сегодня чтение, к сожалению, стало роскошью, и это, убежден, тоже часть глобального плана. К­ому-то очень нужно, чтобы подрастающее поколение не читало, не развивалось, чтобы «нужная» информация шла исключительно из модных гаджетов. Вам кажется, что это вы находите нужную информацию, а на самом деле некий алгоритм явно не с нашими корнями сам подбирает, что вам просматривать. А те, кто читает книги, газеты, журналы, на мой взгляд, уже незаурядные люди. Они способны сами мыслить, генерировать идеи, у этих людей есть не только свое мировосприятие, но и собственная точка зрения.

И ­все-таки нам нужно работать и с теми, кто не читает книги. Мы пытаемся это делать, пусть это и сложно. Так, в прошлом году в одном из мессенджеров я начал свой авторский проект «Каширский календарь». Сегодня он уже перерос в исторический календарь Южного Подмосковья. Дело в том, что вначале я рассказывал о событиях Великой Отечественной вой­ны, произошедших в Кашире, публикуя хронику решающих боев с 25 по 28 ноября 1941 года. Порой в день публиковали по 30 сюжетов, причем с полным документальным обоснованием. А потом, поскольку мне интересна история Южного Подмосковья, география стала расширяться. Теперь каждый желающий, подписавшийся на канал «Каширский Календарь» в месенджере МАХ, может открыть для себя историю края в деталях.

— Если мы с вами заговорили про конец ноября 1941 года, тогда давайте вспомним, что происходило на подступах к Кашире и какую роль в этих сражениях сыграло Ступино?

— Немцы имели все шансы в течение суток 25 ноября совершить стратегический прорыв на Москву. Как мы знаем, Хайнц Гудериан взял не одну европейскую столицу. Конечно же, ему хотелось взять и столицу Советского Союза. Но для этого было необходимо форсировать Оку, заняв Каширу и Каширскую ГРЭС. Надо сказать, что для этого сил у немцев хватало: на веневско-­каширском направлении немецко-­фашистское командование сосредоточило около 100 танков. Поэтому для защиты Каширы нужно было срочно собрать в кулак все имеющиеся под рукой вой­ска. Но свободных резервов на этом направлении не оказалось. Таким образом, встал вопрос о переброске советских вой­ск с других участков фронта, находящихся вдали от Каширы. Прибывает 2‑й кавалерийский корпус генерал-­майора Павла Алексеевича Белова с 15‑м полком гвардейских минометов, подтягиваются вой­ска 9‑й танковой бригады под командованием подполковника Ивана Фёдоровича Кириченко. В бой вступают зенитчики 352‑го отдельного зенитного артиллерийского дивизиона под командованием майора Александра Петровича Смирнова, 5‑я кавалерийская дивизия генерал-­майора Виктора Кирилловича Баранова. На защиту города выступили бойцы каширского истребительного батальона, воины 173‑й стрелковой дивизии. 25 ноября 1941 года в 16 часов защитники Каширы отбили атаку немцев. А уже 27-28 ноября ставший за время боев на Южных рубежах Подмосковья Первым Гвардейским, кавалерийский корпус генерала Белова перешел в первое успешное в ходе Битвы за Москву контрнаступление. В эти дни на других участках Западного фронта наши войска отступали или вели тяжелые оборонительные бои. Успех у Каширы стал прологом общего контрнаступления Красной Армии 5-6 декабря 1941 года. К этому моменту конногвардейцы Белова отбросили врага на Южных рубежах Подмосковья уже на 30 км.

Безусловно, большую помощь в боях за Каширу оказало Ступино. Ступинцы кормили бойцов, а рабочие авиакомбината № 150 за короткие сроки подковали лошадей конников Белова. Рвался в бой и ступинский истребительный батальон, но генерал Белов не пустил. Это и понятно, потому что в нем были в основном мальчишки, вчерашние школьники, — ребят поставили на баррикадах. Павел Алексеевич передислоцировал командный пункт из помещений каширского Никитского монастыря, в котором на тот момент располагалась чулочная фабрика, сначала в д. Суково, а затем в здание ступинского авиа­комбината. В Ступино были экакуированы из Каширы военно-­полевые госпитали, что помогло спасти жизни сотням раненых бойцов.

Не могу не сказать о трудящихся Ступино. В ходе создания фортификационных сооружений они подготовили левый берег Оки к возможному прорыву немцев. Здесь была создана оборонительная линия, ее в народе прозвали «линией Зиндера» в честь инженера ступинского комбината, ко­торый руководил работами. До сих пор бетонные доты стоят в районе Белопесоцкого монастыря, хорошо сохранились и окопы в городском парке с южной окраины города. Несомненно, если бы немцам ­все-таки удалось взять Каширу, то их дальнейшее продвижение было бы проблематичным. Нам есть, что помнить! Нам есть, чем гордиться! Особенно в год 85‑летия Битвы за Москву.

— Какие выводы мы сделали в ходе Великой Отечественной вой­ны и как можем их применить сейчас в специальной военной операции?

— Главный вывод, который, к счастью, и сегодня работает: победа не была возможна без поддержки тыла. И сейчас в помощи фронту участвуют как бабушки с небольшой пенсией, так и руководители крупных предприятий. Единственное отличие, которое меня сильно тревожит, это то, что не все понимают главного: именно сегодня решается судьба нашей страны, наших будущих поколений, потому что идет противостояние добра и зла, происходит навязывание чужой воли, извращенных ценностей. Поэтому, наверное, не только волонтеры, добровольцы, сотрудники администраций, депутатский корпус и родственники бойцов должны оказывать помощь армии. Это движение должно быть шире. Мы все вместе должны сделать все, чтобы приблизить победу. И она, я твердо убежден, будет за нами, потому что, как и 85 лет назад, наше дело правое!