Берлин, раннее утро 9 мая 1945 года. Поэт Цезарь Солодарь спешит на военный аэродром, где его ждет транспортный самолет Ли‑2. Ему необходимо доставить в Москву корреспонденцию чрезвычайной важности, ведь он в качестве военного корреспондента присутствовал при подписании фельдмаршалом Кейтелем акта о безоговорочной капитуляции германских вооруженных сил. Но на оживленном перекрестке около Бранденбургских ворот водителю пришлось остановиться, и Солодарь стал свидетелем необычной картины. «Вдруг послышался цокот копыт, — вспоминал поэт, — и мы увидели приближающуюся конную колонну. Большинство коней шло без седел. И только на флангах гарцевали молодые конники в кубанках набекрень. Это были казаки из кавалерийской части, начавшей боевой путь в заснеженных просторах Подмосковья в памятном декабре 1941 года. Не знаю, о чем подумала тогда регулировщица с ефрейторскими погонами, но можно было заметить, что ­какие-то секунды ее внимание безраздельно поглотила конница. Четким взмахом флажков и строгим взглядом преградила она путь всем машинам и тягачам, остановила пехотинцев. И затем, откровенно улыбнувшись ехавшему на поджаром дончаке молодому казаку, задиристо крикнула:

— Давай, конница! Не задерживай!

Казак быстро отъехал в сторону и подал команду:

— Рысью!

Сменив тихий шаг на резвую рысь, колонна прошла мимо своего командира в направлении канала. А он, прежде чем двинуться вслед, обернулся и на прощанье махнул рукой регулировщице…»

А уже через пару часов Цезарь Солодарь во время полета набросал первые строчки будущей легендарной песни. В этот же день он прочитает стихи братьям-­композиторам Даниилу и Дмитрию Покрассам, ­они-то и посоветуют усилить песню лихим припевом: «Казаки, казаки! Едут-едут по Берлину наши казаки».

В тот же вечер была написана музыка к словам, и когда в десять часов вечера московское небо окрасилось всеми красками салюта, композиторы сыграли поэту знаменитую в будущем «Казаки в Берлине», которой суждено стать первой песней, написанной в честь Победы в Великой Отечественной вой­не.

«Шмелеву дать!» — не сговариваясь, одновременно сказали и поэт, и композиторы, когда поднялся вопрос об исполнителе. И действительно, никто не сможет исполнить песню лучше него. Леонид Утёсов так отзывался о нем: «Задушевность, лиризм, с которыми Иван передает в песне образ и характер русского парня, просто покоряют…» Сам Иван Дмитриевич прошел вой­ну от начала до конца. В 1940 году был призван в РККА в качестве солиста Ансамбля песни и пляски НКВД СССР под управлением С. И. Юткевича; с этим коллективом выступал на фронтах Великой Отечественной вой­ны. Его голос звучал в окопах под Ельней, в брянских лесах, под Сталинградом, в родном Воронеже и, конечно же, в побежденном Берлине, куда он приехал 7 мая. На одном из концертов состоялось знакомство певца и поэта Цезаря Солодаря.

Через год после Победы Иван Дмитриевич отыщет Любовь Беленькую, которая стала прототипом героини песни, и даже встретится с ней в Крыму. На самом деле Любовь Евгеньевна не была казачкой, как поется в песне. Она родилась в Ялте, но до вой­ны жила в Симферополе. В 1941 году, когда Симферополь был оккупирован немецкими вой­сками, с подругой долго пряталась в земляных ямах. Затем она стала связной партизан, выполняла боевые задания, писала листовки. После освобождения города поступила на службу в армию военной регулировщицей в составе 15‑го ВАДа — одного из подразделений военных автомобильных дорог, обеспечивающего продвижение наших вой­ск на запад. Неоднократно девушка попадала под обстрел, получила две контузии и три ранения. В составе 1‑го Белорусского фронта 15‑й ВАД и вошел в логово фашизма. А 1 мая 1945 года Любу Беленькую назначили на пост № 1 у Рейхстага.

«Три месяца я регулировала движение у Рейхстага и Бранденбургских ворот, — позже расскажет Любовь Евгеньевна. — Это был самый оживленный участок! Через центр города было насыщенное движение, в этом районе было очень много немецких складов, да еще и много наших машин подъезжало с желающими посмотреть на Рейхстаг и расписаться на нем. Ответственность на этом посту зашкаливала! Мимо постоянно проезжали легендарные командиры. Несколько раз лично встречалась с Жуковым, Рокоссовским». Но именно встреча с простыми казаками поневоле увековечит ее имя. В 1948 году знаменитая регулировщица из Крыма переехала в Днепропетровск, посвятив свою трудовую жизнь строительству нефте- и газопроводов.

Пролетят годы, и песня «Казаки в Берлине» будет входить в репертуар таких известных исполнителей, как Юрий Богатиков, Виктор Вуячич, Дмитрий Хворостовский и Варвара. Также эту песню исполняет Кубанский казачий хор. Исполняют ее и солисты Ступинской филармонии Пётр Кислицин, Марк Салазанов, Эдуард Страхов и Анжелика Новикова.

Казаки в Берлине

Музыка: Дм. и Дан. Покрасс 

Слова: Ц. Солодарь

 

По берлинской мостовой

Кони шли на водопой.

Шли, потряхивая гривой,

Кони-дончаки.

Запевает верховой:

«Эй, ребята, не впервой,

Нам поить коней казачьих

Из чужой реки…»

 

Припев:

Казаки, казаки!

Едут, едут 

По Берлину

Наши казаки.

 

Он коней ведет шажком,

Видит: девушка с флажком

И с косою под пилоткой

На углу стоит.

С тонким станом, как лоза,

Синевой горят глаза:

«Не задерживай движенья!» —

Казаку кричит.

 

Припев: 

Казаки, казаки!

Едут, едут 

По Берлину

Наши казаки.

 

 

Задержать коней он рад,

Но, поймав сердитый взгляд,

«Ну-ка, рысью!» — с неохотой

Крикнул на скаку.

Лихо конница прошла,

А дивчина расцвела —

Нежный взор не по уставу

Дарит казаку.

 

Припев: 

Казаки, казаки!

Едут, едут 

По Берлину

Наши казаки.

 

По берлинской мостовой

Снова едет верховой.

Про дивчину, про землячку

Говорит друзьям:

«Как вернусь в родимый дом,

Как вернусь на тихий Дон!

Синеглазую казачку

Снова встречу там!»

 

Припев: 

Казаки, казаки!

Едут, едут 

По Берлину

Наши казаки.