Каширская тюрьма, 14 ноября 1937 года. Следователь ведет допрос арестованного двумя днями ранее священника Димитрия Розанова.

— Признаете ли вы себя виновным в предъявленном вам обвинении? — спрашивает он.

— Виновным в предъявленном мне обвинении себя не признаю, — отвечает священник.

Накануне полным ходом шла подготовка к выборам в Верховный Совет. Районные газеты, плакаты, выступления агитбригад были посвящены только этому важному политическому событию страны. Повсеместно организовывались собрания то по выдвижению кандидатов, то по вопросам избрания членов в избирательные комиссии — обязательная формальная процедура. Вот и в селе Починки 26 октября во время формирования комиссии по Лапинскому участку колхозников настоятельно попросили проголосовать за определенную кандидатуру. Но сельчане совсем неожиданно для сельсовета не согласились с навязанной креатурой и выразили свой решительный протест. Протащить решение удастся лишь со второй попытки и при огромном давлении властей. Однако скандал выйдет за пределы сельсовета, и председатель в целях своего оправдания перед начальством объяснит причину произошедшего следующим образом: «Во всем виноваты церковники во главе со священником, так как они пытаются провести своего кандидата».

А дальше все по отработанной схеме: в Михневский отдел НКВД поступило заявление от «сознательных» граждан, в котором сообщалось, что за срывом предвыборной кампании в Верховный Совет стоит никто иной, как местный священник Димитрий Розанов, дескать, именно его целенаправленные действия и привели к раздору среди масс. Сотрудники отдела Народного комиссариата внутренних дел незамедлительно отреагировали на бумагу. Ими сразу же были найдены и тут же допрошены свидетели, среди которых находился и тот самый председатель колхоза. Последний в своей справке прямо заявил, что «дальнейшее пребывание Розанова в селе Починки невозможно».

Димитрий Розанов родился 10 октября 1889 года в селе Бардино Коломенского уезда (ныне территория городского округа Коломны) в семье псаломщика. Отец его, Павел Розанов, служил в местной Крестовоздвиженской церкви, а в 1905 году был переведен в Воскресенскую церковь села Хатунь.

В 1907 году юный Димитрий окончил Коломенское Духовное училище, а уже через год был назначен псаломщиком в Борисо-­Глебскую церковь села Курятниково Звенигородского уезда. В 1910 году его переводят псаломщиком уже в те самые Починки, где он женится на девице Елизавете Павловне Кедровой.

И кажется, что Великая Октябрьская революция, вспыхнувшая алым пламенем в далеком холодном Петрограде, нисколько не изменила ход жизни селян в Починках. Здесь так же трудились и молились, женились и строили планы на будущее. Вот и в семье псаломщика подрастала дочь Антонина.

Но грянула Гражданская вой­на, и в 1918 году Димитрий Розанов был призван на фронт в тыловое ополчение Красной армии, где он прослужил до 1921 года. Вернувшись со службы, он вновь стал исполнять обязанности псаломщика. 21 ноября 1921 года был рукоположен в дьяконы, а уже 8 мая 1922 года в иерея Михаило-­Архангельской церкви. Принять священнический сан для отца Димитрия было взвешенным решением: как не разделить все тяготы родной Церкви, которая находилась в страшных гонениях? К этому времени по всей стране шла волна разграбления церковного имущества, официально именуемая «изъятием церковных ценностей», служители Русской Православной Церкви подвергались арестам, над ними насмехались, их унижали.

В 1931 году отец Димитрий был приговорен к четырем месяцам принудительных работ за невыполнение повышенного натурального налога. Но, что удивительно, это не останавливало батюшку, который при первой же возможности старался приезжать в село и совершать богослужения. За свою верность в 1933 году настоятель Михаило-­Архангельской церкви был награжден наперсным крестом.

Настал тот самый роковой для многих православных верующих 1937 год, когда на Голгофу вслед за Христом последовали его ученики нашего времени: священники, монахи, монахини и просто те, кто не согласился снять со своей шеи нательный крест. Власть сельсовета решила храм в Починках закрыть, избавиться от священника и заодно свалить на него всевозможные недостатки местного управления.

Из материалов дела:

— Следствием установлено, что вы, будучи враждебно настроены к политике партии ВКП(б) и советской власти, среди населения проводили контрреволюционную агитацию, распространяли гнусную клевету о гибели колхозов и поражении советской власти. В июне месяце 1937 года в присутствии граждан вы говорили: «Колхозы есть каторга и от них нужно будет избавляться. В колхозе задаром работать не нужно, нужно выходить из колхозов. Советская власть есть власть антихриста, и скоро ей настанет конец». Признаете ли себя в этом виновным?

— Этого я не говорил и виновным себя не признаю.

— Следствием также установлено, что вы по вопросу о выборах в Верховный Совет Союза ССР в присутствии граждан 25 октября 1937 года говорили: «Граждане, нам нужно будет быть весьма осторожными в связи с выборами в Верховный Совет и намеченные кандидатуры коммунистов нам нужно будет провалить и на собрании выступить против них, а вместо них отстаивать свои кандидатуры: Тихомирова Михаила Ильича (сын дьячка) и Майорова Александра Васильевича (бывший кулак, активный церковник)». Признаете ли вы себя в этом виновным?

— Я этого не говорил и виновным себя не признаю.

— Следствием установлено, что в июне 1937 году вы говорили: «Колхозы — это барщина, где работают только задаром. В колхоз вступать не нужно, колхозов скоро не будет. Советская власть замучила православный народ». Признаете ли вы себя в этом виновным?

— Этого я никому не говорил и виновным себя не признаю.

На этом допрос был закончен.

Составление обвинительного заключения не заставило себя ждать. В конце документа следователь резюмировал: «Будучи допрошен в качестве обвиняемого, Розанов Дмитрий Павлович виновным себя в контрреволюционной деятельности не признал, но уличается свидетельскими показаниями». Затем постановил следственное дело направить на рассмотрение тройки при УНКВД. 19 ноября тройка приговорила отца Димитрия к 10 годам заключения в исправительно-­трудовом лагере (ИТЛ).

Родные всеми способами старались поддерживать заключенного отца Димитрия, обменивались с ним письмами. Но уже весной 1938 года связь с отцом Димитрием резко прекратилась. Озабоченная судьбой брата, сестра священника Александра Павловна в 1940 году написала письмо на имя Берии, где просила сообщить сведения о ее родственнике. «В марте 1938 года, — писала она, — нами было получено письмо с дороги со станции Известковая Уссурийской железной дороги. С тех пор более двух лет мы не имеем сведений о нем…» В ответ на обращение из НКВД была выдана справка, в которой сообщалось, что Розанов Дмитрий Павлович скончался в Бамлаге 31 марта 1938 года, где и был погребен в безвестной могиле.

3 апреля 2003 года Дмитрий Павлович Роза­нов был реабилитирован, а в 2005 году отец Димитрий был прославлен Русской Право-славной Церковью в лике святых Новомучеников.

Жизнь священномученика Димитрия Розанова — это для каждого из нас настоящее духовное наследие, так как представляет собой образец стойкости веры, преданности Богу и людям, верности своему пастырскому долгу в тяжелейших условиях гонений.